Арбитражный суд города Москвы удовлетворил иск Банка России к бельгийскому депозитарию Euroclear и присудил компенсацию в размере 18,17 триллиона рублей. Заседание проходило в закрытом режиме и длилось около восьми часов.
В иске Центробанк требовал возмещения убытков, связанных с санкционной блокировкой суверенных резервов, в том числе стоимости заблокированных ценных бумаг и упущенной выгоды.
Euroclear объявил о намерении обжаловать решение и заявил, что право на справедливое разбирательство было нарушено. Представители депозитария также отмечают, что такие иски не признаются законодательством ЕС.
Почему исполнение решения проблематично
Юристы указывают на ряд юридических и практических препятствий: Euroclear действует по бельгийскому праву, у него почти нет собственных активов в России, а ключевые российские резервы находятся на специальных «счетах типа С», на которые распространяются ограничения.
По указам президента РФ взыскание с таких счетов по судебным решениям, вынесенным после 3 января 2024 года, запрещено. Поэтому прямое обращение взыскания на заблокированные резервы сейчас невозможно.
Юристы отмечают, что Центробанк теоретически мог бы взыскать средства с корреспондентского счёта Euroclear в Национальном расчётном депозитарии (НРД), если соответствующие изменения будут внесены в указ президента.
В то же время заместитель министра финансов заявил, что ему о таких правках в указе ничего не известно, и обсуждения по этому поводу с его участием не велись.
Международные барьеры и возможные последствия
Даже если решение российского суда будет подтверждено, его признание и исполнение за рубежом затруднено. ЕС ввёл прямой запрет на признание и исполнение решений российских судов в рамках санкционных пакетов, а также расширил механизмы защиты европейских компаний от исков в третьих странах.
Юристы считают, что попытки взыскать активы Euroclear в дружественных юрисдикциях (например, ОАЭ, Гонконг, Казахстан) встретят практические трудности: решение российского суда трудно признать, а у депозитария может не быть значительных собственных активов в этих странах.
Решение может использоваться как инструмент давления на Euroclear: даже при невозможности фактического исполнения оно создаёт обязательство, которое депозитарий будет учитывать в управлении рисками, что способно негативно сказаться на его кредитном рейтинге и стоимости услуг.
РФ также теоретически может прибегнуть к ответным специальным экономическим мерам, включая изъятие активов со счетов типа С в случае конфискации своих суверенных средств за рубежом.
Юридические возможности исполнения решения будут ясны только после решения апелляционной инстанции и возможных дальнейших действий властей по изменению норм, регулирующих обращение взыскания на специальные счета.
