Слёзы блогерш и растущее раздражение: как блокировки интернета ударили по образу власти

С началом блокировок сначала WhatsApp, затем Telegram и с участившимися отключениями интернета в целом — мерами, затронувшими уже не отдельные «подозрительные» группы, а практически всю страну, — раздражение в адрес президента стало нарастать гораздо быстрее. Недовольство выражают уже не только вынужденные лоялисты: даже вчерашние убеждённые сторонники власти, вроде некоторых провластных блогеров и бывших «народных героев», выходят в публичное поле и называют главу государства военным преступником и «случайным человеком у руля».

Обычной госпропагандой и её бесконечными ответвлениями такое недовольство уже не перекрыть. В информационном поле заметна растерянность.

И на этом фоне на сцену выходят звёзды запрещённого в России Instagram* — блогерши с многомиллионными аудиториями.

Одной из первых «от лица народа» выступила много лет живущая в Монако блогер Виктория Боня, у которой более 12 млн подписчиков. Она записала 18‑минутное видеообращение к президенту. Начала с тезиса, что его боятся все: и обычные люди, и артисты, и блогеры, потому что «между вами и народом огромная толстая стена».

Далее Боня перешла к актуальной повестке: от наводнения в Дагестане и поправок к закону об уничтожении краснокнижных животных, которые планируют принять «во времена вашего правления», до массового убоя скота в Новосибирске и блокировок интернета.

При этом речь была выстроена «за здравие», а не как прямой протест: с заверениями в поддержке, упоминанием «наших мальчиков» на фронте, признаниями в любви к России и её народу. Появление стены между властью и людьми Боня объяснила тем, что до первого лица будто бы просто не доходит настоящая информация: он «не сидит в интернете», а всё узнаёт с бумажек. Блогер даже предложила создать специальную соцсеть, где президент мог бы видеть обращения граждан напрямую — нечто вроде «Правды» по аналогии с западными проектами.

Если довести эту логику до абсурда, ей бы подошёл и старорежимный вариант: поставить столик у Боровицких ворот Кремля и разрешить всем жалобщикам и людям с проектами «улучшения всего мира» оставлять на нём письма. Прикрепить туда гвардейца с ружьём, чтобы никто не растащил «народную боль». А президент каждое утро, по дороге на работу, забирал бы эти пачки обращений лично.

Вывод, к которому приходит Боня, однозначен: стену между народом и «дорогим гарантом», возведённую «шушерой» в лице депутатов и прочих начальников, нужно срочно ломать, иначе «будет плохо».

Почти сразу её позицию решает «поддержать и дополнить» ещё одна известная инстаграм‑блогерша — Айза. Она, как и Боня, говорит о любви к России и народу — тоже, находясь за границей. В своём обращении Айза фактически по пунктам повторяет тезисы предшественницы: и про искажение информации по пути к первому лицу, и про «плохих депутатов» с миллиардами и иностранными паспортами, и про отечественный мессенджер «Мах», который она якобы установила, чтобы общаться с родителями в России и который, по её мнению, нужно «просто сделать хорошим», чтобы он заменил россиянам Instagram и Telegram.

Точку в этом патриотическом интернет‑монологе ставит телеведущая Катя Гордон — уже из Москвы. Она заявляет, что пока президент «отвлечён на внешнеполитические и внешнеэкономические задачи», внутри страны якобы действует группа, цель которой — подорвать доверие к первому лицу, чтобы «несчастный и обездоленный народ вышел на улицу». Всё это, по её словам, провокация накануне думских выборов, а «президент и спецслужбы должны обратить внимание» и разобраться с «пятой колонной».

Реакция властей на видео Бони, набравшее свыше 23 млн просмотров, последовала быстро. Пресс‑секретарь Кремля Дмитрий Песков заявил, что по всем перечисленным в ролике проблемам ведётся «большая работа, задействовано большое количество людей, и это не оставлено без внимания».

Узнав об этом, довольная Боня записывает новый ролик, уже в слезах. Она просит «не приплетать» её к зарубежным русскоязычным медиа, разбиравшим её обращение, потому что она «не с ними, а с народом и внутри народа». В кадре — красная футболка, напоминающая турецкий флаг; рыдая, Боня благодарит Пескова и президента, вскидывает руки кверху со словами «спасибо, Господи!», а затем прижимает их к груди. На этом фоне любой западный пиар‑жест вроде «от сердца к солнцу» выглядит как невинная провинциальная постановка.

Эксперты, журналисты и пользователи сети наперебой строят версии произошедшего. Одни говорят о закулисной борьбе элит, которым надоел слишком жёсткий курс, затронувший уже и их самих. Другие — о попытке администрации выпустить пар недовольства через инстаграм‑свисток, вновь разыграв карту «плохие бояре — хороший царь». Третьи видят в видео личную инициативу. Четвёртые традиционно винят Запад, «раскачивающий лодку», и называют Боню «новым Навальным», обвиняя в стремлении устроить в России майдан.

Какой бы из этих сценариев ни оказался ближе к правде, для президента все они неблагоприятны, потому что фиксируют уже не точечное, а массовое раздражение по всей стране. Четыре года власть проводила над населением эксперимент, демонстрируя: пока действующий политический курс сохраняется, нормальной жизни не будет — вместо неё будет тот ад, который сверху посчитают нужным создать.

Мобилизация и тысячи цинковых гробов, пыточные подвалы для тех, кого превратили в пушечное мясо, и вернувшиеся с фронта убийцы в роли «новой элиты». Уголовные сроки за любую антивоенную активность, тотальная милитаристская пропаганда, начинающаяся с детского сада. Общество старалось делать вид, что «понимает» и терпит всё это, но точка кипения была пройдена тогда, когда власть добралась до самого базового — до коммуникаций. Президенту с его советскими представлениями об информационных потоках эта зависимость людей от связи и интернета, похоже, не до конца осознаётся.

В одном с Боней спорить трудно: рано или поздно «наступает момент, когда люди уже не могут бояться».

Отступит ли власть? На какое‑то время — возможно. Агентство Bloomberg со ссылкой на источники пишет, что российские власти решили повременить с самыми жёсткими блокировками интернета и Telegram. Но почти одновременно сообщается о выделении дополнительных 12 млрд рублей структуре, отвечающей за цензуру и ограничения в сети. Это значит, что любой шаг назад — лишь тактический манёвр, а не изменение курса.

Подобную тактику общество уже наблюдало: временное послабление сменяется ещё более жёсткой хваткой. Менять стиль управления сейчас поздно — точка невозврата пройдена, и, по сути, у действующей верхушки, сидящей в кремлёвских кабинетах, выбор невелик: либо международный трибунал, либо куда более мрачные сценарии.

И напоследок — обращение уже к самой Виктории Боне. Любезная Виктория! Во «времена правления» нынешнего президента, помимо краснокнижных животных, уже пятый год десятками тысяч уничтожают российских мужчин — представителей того самого народа, который вы так трогательно любите из далёкого Монако. Делает это тот самый человек, который вызывает у вас почти религиозный восторг. Стоит помнить об этом, когда в слезах сочиняете очередную челобитную.

* Организация Meta, владеющая Instagram и Facebook, признана экстремистской и запрещена в России.