Специальный трибунал по преступлению агрессии против Украины перешёл от идеи к реальной подготовке к работе, однако его старт и вынесение приговоров будут зависеть от множества юридических, финансовых и политических факторов.
В середине мая ряд государств официально подтвердили намерение присоединиться к расширенному частичному соглашению о создании управляющего комитета спецтрибунала. Для Украины это важный шаг, поскольку документ переводит идею суда из категории теоретической в практически достижимую.
Идея перешла от теории к практике
Профессор публичного права Изабелла Рисини отмечает, что ответственность за преступление агрессии нельзя оставлять без наказания и создание трибунала — «очень хороший шаг в правильном направлении». По словам Эндрю Форда, дальнейшая работа зависит от разрешения правовых, юрисдикционных и практических вопросов.
Расходы вырастут, если лидеры окажутся в изоляторе в Гааге
Прежде чем трибунал начнёт работу, государства должны ратифицировать соглашение в своих парламентах — это может занять от нескольких месяцев до года. Одновременно потребуется формировать комиссию по отбору судей и согласовать процедуру выдвижения кандидатов на должности судей и прокуроров.
Ирландский юрист предупреждает, что поиск источников финансирования может оказаться непростой задачей: ежегодные потребности могут составлять 50–100 миллионов евро и выше. Если же обвиняемые, например президент или другие высокопоставленные фигуры, будут содержаться в следственных изоляторах в Гааге, только расходы на безопасность могут вырасти до десятков миллионов евро в год.
Первые приговоры не появятся раньше 2030 года
Сроки запуска трибунала остаются неопределёнными. По мнению экспертов, даже при быстром формировании суда и оглашении обвинений в 2027 году реальное вынесение приговоров потребует многих лет, учитывая необходимость обеспечить справедливое разбирательство и апелляционные процедуры.
Эндрю Форд отмечает, что опыт международных трибуналов показывает: от политического старта до вынесения приговоров может пройти более десяти лет. Поэтому ожидать первых вердиктов раньше 2030 года было бы чрезмерно оптимистично.
Спецтрибунал как инструмент переговоров
Профессор Константин Дегтярев подчёркивает, что успех трибунала во многом зависит от политической поддержки ключевых участников. Без такой поддержки решения суда рискуют остаться декларативными, хотя и иметь историческое и моральное значение для жертв.
Некоторые эксперты указывают, что деятельность спецтрибунала может стать предметом мирных переговоров: приостановка его работы теоретически может быть использована как условие со стороны России в обмен на определённые уступки. При этом страны‑участницы договорились, что действующие главы государств смогут быть привлечены к ответственности заочно, а обвинительные заключения будут утверждаться после ухода с должностей.
Останется открытым, приведёт ли трибунал к наказанию высшего руководства России: многие эксперты считают наиболее вероятным сценарием заочные процессы, тогда как реальные судебные разбирательства над действующими лидерами возможны лишь после смены их статуса.
